УГМК решила купить одного из крупнейших золотодобытчиков России
Для несостоявшегося весной IPO компания оценивала себя в $1,5 млрд![Фото: gvgold.ru](https://s0.rbk.ru/v6_top_pics/media/img/6/54/756357641174546.jpg)
Уральская горно-металлургическая компания (УГМК), совладельцами которой являются Искандер Махмудов и Андрей Бокарев, подала ходатайство в Федеральную антимонопольную службу о покупке 100% одной из крупнейших в России золотодобывающих компаний «Высочайший» (GV Gold). Об этом в понедельник, 1 ноября, сообщила пресс-служба ФАС.
GV Gold c активами в Иркутской области и Якутии была основана в 1998 году командой Ланта-банка. Ее основные акционеры — топ-менеджеры этого банка Сергей Докучаев и Наталья Опалева, а также руководитель одной из его структур Валериан Тихонов (каждому принадлежит по 20,36% золотодобытчика). Еще 17,99% — у американского инвестфонда Blackrock.
По итогам 2020 года GV Gold произвела 272 тыс. унций золота (8,5 т), заняв восьмое место среди золотодобывающих компаний России. Запасы золота GV Gold составляют 4,4 млн унций. Выручка компании составила $471 млн, EBITDA — $248 млн.
В пресс-службе УГМК отказались комментировать планы и условия покупки золотодобытчика. РБК направил запрос в пресс-службу GV Gold.
Что извеcтно про продажу GV Gold
Весной 2021 года акционеры GV Gold планировали провести IPO на Московской бирже на $500 млн. При этом всю компанию рынок оценивал в $1,5 млрд, рассказывал РБК источник, знакомый с их планами.
15 марта компания официально заявила о намерении провести размещение на бирже, а уже 26 марта сообщила о его переносе на неопределенный срок. «Мы приняли решение отложить IPO в связи с повышенным уровнем рыночной волатильности как на глобальном, так и на российском рынках капитала», — говорил Владислав Баршинов, который на тот момент занимал пост гендиректора GV Gold. Он тогда добавил, что компания сохраняет планы стать публичной в будущем, когда рыночные условия станут более благоприятными.
В прошлом году покупкой GV Gold интересовались Роман Троценко и казахстанский бизнесмен Кенес Ракишев, но в итоге они отказались от сделки.
На фоне снижения цен на золото и роста издержек на добычу по итогам первого полугодия 2021 года операционный денежный поток до уплаты процентов налогов и изменений оборотного капитала (аналог EBITDA) компании снизился на 25%, 5,8 млрд руб. Исходя из текущих мультипликаторов при оценке золотодобывающих компаний в 7-8 показателей EBITDA, стоимость GV Gold можно оценить в 70-90 млрд руб. (от $980 млн до $1,3 млрд), говорит управляющий директор рейтинговой службы Национального рейтингового агентства (НРА) Сергей Гришунин.
Зачем УГМК золоторудный бизнес
УГМК — крупнейший в России производитель цинка и второй по объему поставщик меди после «Норникеля». Основные владельцы компании — ее президент Искандер Махмудов (занимает 19-ое место в рейтинге Forbes с состоянием в $9,7 млрд) и гендиректор Андрей Козицын (28-ое место с состоянием $6,3 млрд). У Махмудова — чуть более 50%, у Козицына — около 35%.
Компания занимает 1,5% мирового рынка меди и входит в десятку основных мировых производителей этого металла. Кроме того, УГМК принадлежит крупный поставщик угля — «Кузбассразрезуголь», который занимает второе место в стране после СУЭК Андрея Мельниченко — 11% внутреннего рынка. В 2020 году за счет высоких цен на медь УГМК удалось увеличить чистую прибыль в восемь раз, до 2 млрд руб., а выручку — втрое, до 153 млрд руб.
«Уралэлектромедь», входящая в УГМК, производит золото из шлама — отходов от производства других металлов. Точные объемы производства золота компания не раскрывает.
По мнению Гришунина, для УГМК покупка GV Gold позволит диверсифицировать бизнес и за счет доступа к запасам Якутии и Иркутской области расширить географию присутствия и геологоразведочных работ, результаты которых могут впоследствии оказаться полезными для основного производства (цинка и меди). Источник в одной из золотодобывающих компаний сказал РБК, что GV Gold — ликвидный актив с понятным ценообразованием. По его мнению, для УГМК это приобретение — защита от инфляции. Цены на золото четко следуют за издержками, которые сейчас растут, риски снижения цены на металл минимальны, отметил собеседник РБК.