Сбербанк и «Транснефть» начали переговоры о мировом соглашении
![Фото: Глеб Щелкунов / «Коммерсантъ»](https://s0.rbk.ru/v6_top_pics/media/img/2/91/755120462370912.jpg)
Сбербанк и «Транснефть» начали переговоры о мировом соглашении, чтобы проработать нюансы. Юристы обеих компаний попросили отложить рассмотрение кассационной жалобы «Транснефти» на решение суда по спору на 66,5 млрд руб., передает корреспондент РБК из зала Арбитражного суда Московского округа. Суд эту просьбу удовлетворил, следующее заседание намечено на 9 января 2018 года.
«Пока что не все условия мирового соглашения согласованы, поэтому мы не можем гарантировать, что соглашение будет заключено», — сказал представитель Сбербанка в суде. Представитель «Транснефти» это подтвердил.
Ранее стороны уже пытались достичь мирового соглашения перед рассмотрением дела в апелляционном суде. Однако договориться тогда так и не удалось.
РБК направил запрос участникам процесса о причинах приостановления спора сейчас. Представитель «Транснефти» отказался от комментариев. В пресс-службе Сбербанка комментировать ситуацию детально не стали. Там только подтвердили, что переговоры ведутся и будут продолжаться в течение трех недель.
С переменным успехом
Судебный процесс между «Транснефтью» и Сбербанком начался в январе 2017 года. Трубопроводная компания подала иск с требованием признать недействительным валютный опцион на сумму около $2 млрд. «Транснефть» настаивала, чтобы процесс проходил в закрытом режиме, но суд не согласился. Суть претензий трубопроводной компании состоит в том, что она не обладала достаточной квалификацией для оценки последствий покупки такого сложного финансового инструмента. «Транснефть» указала в исковом заявлении, что Сбербанк навязал ей эту сделку, не проинформировал о всех возможных рисках.
Арбитражный суд Москвы рассмотрел дело 8 июня и вынес решение в пользу «Транснефти». Суд согласился с доводами компании — об отсутствии опыта в совершении подобных сделок и недобросовестном поведении банка, которое выразилось в чрезмерно упрощенном представлении сути сделки. Но через полтора месяца апелляционный суд отменил это решение и признал действия Сбербанка добросовестными. «Истец мог самостоятельно посчитать и посчитал размер своих потенциальных убытков», — говорится в решении апелляции.
Спор на 66,5 млрд руб.
Как следует из материалов дела, в 2013 году «Транснефть» приобрела у Сбербанка валютный опцион на общую сумму $2 млрд. По условиям сделки Сбербанк получал право приобрести $2 млрд у «Транснефти» по цене 32,5 руб. за доллар при достижении определенного порога курса рубля. В начале этот порог был установлен в размере 45 руб. за доллар. Позже стороны договорились об изменении барьера — на 50,5 руб. за доллар.
Декларировавшаяся цель сделки — уменьшение расходов «Транснефти» на обслуживание рублевого облигационного займа за счет экономии на процентах. За право купить доллары у «Транснефти» по цене 32,5 руб. в случае резкого роста курса американской валюты Сбербанк выплачивал «Транснефти» премию. Компания за счет этой премии компенсировала часть издержек по выплате рублевого купонного дохода, рассчитывая, что курс рубля не упадет до указанного в опционе барьера. Но в конце 2014 года этот расчет не оправдался. Выполняя соглашение, «Транснефть» вынуждена была продать Сбербанку $2 млрд по расчетной цене 32,5 руб. за доллар, то есть почти в два раза дешевле установленного на тот момент курса доллара. Фактический убыток «Транснефти» от сделки в рублевом эквиваленте составил около 66,5 млрд руб.
Общий вопрос
Спор «Транснефти» и Сбербанка не единственный такого рода. Параллельно идет рассмотрение аналогичного спора Сбербанка с авиаконцерном «Сухой» на сумму 13 млрд руб. Правда, как ранее сообщал РБК, этот спор суд засекретил.
Причина подобных споров между банками и клиентами — в отсутствии единого стандарта раскрытия рисков по срочным сделкам, говорит руководитель юридического департамента ЮниКредит Банка Наталия Окунева. Сейчас профессиональные ассоциации финансового рынка совместно с коммерческими банками проводят работу над созданием такого стандарта. Он будет представлять собой декларацию, в которой подробно описываются сценарии и риски, которые влияют на платежи по сделке, говорит эксперт.
Очень важно, что суд отклонил первоначальную попытку «Транснефти» засекретить спор, считает юрист Saveliev, Batanov and Partners Сергей Коновалов. Гласность судебного решения позволит всем участникам рынка оценить доводы сторон и понять позицию судов, добавляет он. Это поможет избежать подобных споров между банками и их клиентами в будущем, заключает юрист.
Нелегкое перемирие
Перемирие в споре об опционах может быть выгодно обеим сторонам, но может и преследовать иные цели, считают юристы.
По мнению партнера «Кульков, Колотилов и партнеры» Олега Колотилова, ни у одной из сторон сейчас нет уверенности в исходе дела. «При этом для Сбербанка принципиально важно, чтобы иск «Транснефти» не был удовлетворен и крайне отрицательная для него судебная практика не была закреплена на уровне кассационного суда Московского округа. «Транснефть» заинтересована хотя бы в частичном покрытии убытков от невыгодной для нее сделки. Возможно, данные соображения стали базой для продолжения переговоров», — рассуждает он.
«Освещение процессов о том, было или не было навязывание сложных финансовых продуктов, может играть против репутации банка», — согласен юрист «Лемчик, Крупский и Партнеры» Артем Рубанов.
«Суды первой и апелляционной инстанций вынесли прямо противоположные решения, — объясняет Сергей Коновалов. — И хотя сейчас действует решение в пользу Сбербанка, все может измениться при рассмотрении дела в кассации. Именно в таких ситуациях часто заключаются мировые соглашения, поскольку сторонам спора выгодно прийти к win-win решению. Если Сбербанк и «Транснефть» договорятся, условия мирового соглашения будут обнародованы в судебном акте. Мы сможем понять, на какие компромиссы пошли стороны».
Впрочем, некоторым юристам перемирие кажется «странным». «Мне лично попытка сторон достичь мирового соглашения кажется странной, — говорит заместитель председателя правления и руководитель юридического департамента Ланта-банка Дмитрий Шевченко. — Позиция Сбербанка явно сильнее».
Но, продолжает он, в деле участвуют, по сути, две государственные компании: «Поэтому причины попытки договориться могут лежать в области политики».
Кроме того, указывает Шевченко, подготовка мирового соглашения не всегда означает его реальное заключение: «Часто такой ход используется только для того, чтобы просто отложить судебное заседание, когда других аргументов для этого нет».