Игра с положительной суммой: зачем миру новые экономические союзы

Фото: Олег Яковлев/РБК

Будучи евротихоокеанской державой, Россия вполне могла заявить о своем желании участвовать в переговорах по Транстихоокеанскому соглашению. Но этого сделано не было, и теперь правила игры согласованы без нашего участия.

Сдерживание Поднебесной

Новость о достижении в начале октября 12 странами согласия относительно создания Транстихоокеанского партнерства, несомненно, явилась сенсацией. Договоренностей подобного масштаба в сфере региональной интеграции и международных экономических отношений в истории не было.

Эпоха глобализации породила новый уровень интеграции — мегарегиональные торговые соглашения (МРТС). На сегодняшний день это прежде всего Трансатлантическое торговое и инвестиционное партнерство (ТТИП) между США и ЕС и Транстихоокеанское партнерство (ТТП), в которое вошли 12 государств, но ведущая роль в обоих проектах принадлежит США.

Реализация ТТП — один из основных пунктов в повестке мировой торговли администрации Обамы. «Когда 95% наших потенциальных покупателей живут за границей (вне США), мы должны быть уверены, что это мы пишем правила для глобальной экономики, а не страны вроде Китая», — заявил весной 2015 года американский президент.

Отсутствие Китая среди участников партнерства может свидетельствовать о том, что одна из важнейших целей ТТП сдерживание Поднебесной. Вместе с тем путь в ТТП для Пекина формально не закрыт. Однако он пролегает через предварительные договоренности с Вашингтоном и согласие на ряд предварительных условий, что вряд ли приемлемо для первого. Китайцы прагматичны и умеют выжидать, когда это необходимо. Поэтому нельзя исключать, что через какое-то время Пекин все-таки найдет приемлемые пути и способы взаимодействия с ТТП.

Новая экономическая реальность

ТТП предполагает впечатляющий список мер по снятию торговых барьеров. В частности, отменяются пошлины более чем на 18 тыс. товаров, будут унифицированы санитарные и фитосанитарные меры, произойдет либерализация правительственных закупок, будут приняты жесткие правила в сферах защиты прав интеллектуальной собственности, а также конкурентной политики. Удалось достичь договоренностей в таких чувствительных областях, как доступ на автомобильный и сельскохозяйственный рынки. Последнее особенно важно для Соединенных Штатов и Японии: первые получают более свободный доступ на японский рынок продуктов питания, а вторая сможет ввозить беспошлинно свои автомобили на рынок США.

О продвинутом характере договоренностей в рамках ТТП свидетельствуют и другие пункты соглашения, по которым пока не удалось достичь прогресса в рамках ВТО, — об унификации рынка труда внутри группировки, нормах по охране окружающей среды, электронной торговле, торговле услугами.

Не исключено подписание и так называемого параллельного соглашения об отказе от конкурентной девальвации валют. Такое соглашение между участниками ТТП сняло бы многие вопросы о стабильности создаваемого торгового блока, имея в виду, что в условиях зоны свободной торговли занижение валютных курсов явилось бы угрозой для инвестирования и экономической стабильности в регионе.

Если говорить об общих предпосылках образования ТТП, а также ТТИП, то их конкретным побудительным мотивом возникновения ТТП и ТТИП можно считать отсутствие прогресса в течение полутора десятков лет на многосторонних переговорах в рамках ВТО. Это и вынудило участников международного рынка, в первую очередь наиболее крупных игроков, искать региональные альтернативы. И за последние годы действительно было заключено довольно много в основном двусторонних соглашений о свободной торговле, которые теперь все чаще называют преференциальными торговыми соглашениями (ПТС). Наиболее известные из них помимо ЕС — Североамериканская зона свободной торговли (НАФТА), Европейская ассоциация свободной торговли (ЕАСТ), Общий рынок стран Южной Америки (МЕРКОСУР).

По имеющимся оценкам, в рамках ТТП будет осуществляться порядка 30% мировой торговли, в рамках ТТИП — 40% и более. А обе группировки охватят не менее 65% мирового обмена товарами и услугами.

Очевидно, ТТП и ТТИП смогут задавать свои правила и нормы в торговле. А с учетом объема торговых обменов, на которые эти правовые нормы распространятся, они неизбежно будут входить в коллизию с нормами и правилами ВТО. При этом нормы мегарегиональных торговых соглашений будут, с одной стороны, более либеральными, а с другой — более жесткими. Понятно, что это вызывает озабоченность у многих участников международной торговли.

Речь, однако, не идет о намеренном подрыве ВТО: в мире нет серьезных игроков, которые строили бы подобные планы. Задача скорее в постепенной гармонизации между многосторонним (ВТО) и региональными/преференциальными форматами (ТТП и ТТИП). Однако на такую гармонизацию уйдет продолжительное время.

Поезд уходит

Что касается отношения российской стороны к ТТП, до последнего времени оно оставалось сдержанно-негативным и лишь в последние дни стало меняться в позитивном направлении. После распада СССР Москва сама стремилась создать на постсоветском пространстве мощную интеграционную группировку, которая могла бы быть сравнимой по весу с основными геоэкономическими центрами, такими как США, ЕС, Восточная Азия. Однако ЕАЭС вряд ли сможет в обозримом будущем приблизиться к торгово-экономическим показателям ТТП (в 2014 году общий внешнеторговый оборот ЕАЭС составил порядка $1 трлн). Если на ТТП будет приходиться не менее 30% мировой торговли, это означает, что торговый оборот группировки составит около $7 трлн в год. Вывод очевиден: надо адаптироваться к реальности и искать пути выгодного взаимодействия с ТТП.

Формально, будучи евротихоокеанской державой, Россия вполне могла заявить с самого начала переговоров по ТТП о своем желании участвовать в них. Но этого сделано не было. Правила игры согласованы без нашего участия, поэтому вскочить на подножку этого поезда будет все сложнее. Однако и других привлекательных путей не просматривается. Альтернативой скорее могут быть усиление протекционизма, дальнейшая утрата конкурентоспособности и, как результат, экономический застой и снижение доли в мировой экономике.

Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.