Средний класс оставят без пенсии

Фото: из личного архива

Противоречия между социальным и экономическим блоками правительства нарастают, и очередным этапом конфликта стало решение об изъятии пенсионных накоплений за 2015 год. Такое решение принимается уже второй год подряд; предполагается, что в качестве компенсации гражданам будет увеличена страховая пенсия. Экономические ведомства поддерживают накопительную пенсионную систему, социальный же блок пытается ее ликвидировать и пока одерживает верх, хотя аргументы у него весьма слабые.

Участие НПФ в системе обязательного пенсионного страхования было определено законодательно, и все это время пенсионные фонды реализовывали государственную социальную политику. В прошлом году правительство заявило, что работа негосударственных пенсионных фондов недостаточно прозрачна, и были введены жесткие меры: обязательное акционирование НПФ, их вступление в систему гарантирования пенсионных накоплений, а также передача фондов под надзор Центрального банка России. Большинство крупных фондов (в которых сконцентрировано около 90% пенсионных накоплений и застрахованных лиц) эту реорганизацию уже прошли или должны успеть пройти до конца года. Но этого оказалось мало. Теперь вице-премьер Ольга Голодец заявляет, что НПФ неэффективны: накопительная часть пенсии за год приросла всего на 4,7%, тогда как страховая часть — на 8%.

С этим аргументом можно поспорить. Страховая пенсия индексируется прежде всего за счет федерального бюджета, и пенсию теоретически можно повысить хоть в два раза — а затем говорить, что накопительная система работает в двадцать раз менее эффективно. Эти показатели просто нельзя сравнивать. Также нельзя оценивать результаты НПФ на отрезке в один год. Непонятно, наконец, откуда была взята оценка доходности в 4,7%. По данным ЦБ, средняя по рынку доходность составила 6,9%.

При этом доходность пенсионных накоплений под управлением Внешэкономбанка за первое полугодие 2014 года была как раз на уровне 4,8% годовых (ниже инфляции). Но никто почему-то не ставит вопрос об эффективности ВЭБа как государственной управляющей компании, так же как и не оценивается, например, эффективность выданных ВЭБом «олимпийских» кредитов.

Возможно, пенсионные накопления изымаются, поскольку в бюджете не хватает денег на другие статьи расходов. Однако это противоречит долгосрочным целям самой накопительной системы, которая задумывалась как способ снять будущую нагрузку на бюджет по выплате пенсий — продолжительность жизни растет, пенсионеров становится больше, а в трудовой возраст вступает весьма малочисленное поколение (то есть страховых взносов будет меньше). Государство, вводя накопительную часть пенсии, понимало, что в рамках обязательного пенсионного страхования сохранить уровень доходов будущих пенсионеров не получится, а поэтому решило создать подушку безопасности — долгосрочные накопления, на которые люди могли бы рассчитывать. Изъятие накоплений уничтожает эту подушку безопасности для работающих сейчас граждан.

А велика ли выгода? Суммарный трансферт из федерального бюджета в ПФР на выплату пенсий в 2014 году составит около 2,5 трлн руб. В результате моратория, как заявил министр труда Максим Топилин, бюджет «сэкономит» всего лишь 280 млрд руб. Но негативный экономический и политический эффект от этого решения гораздо больше. Эксперты говорят, что отсутствие этих денег на финансовом рынке приведет к спаду экономики — подорожанию кредита, разгону инфляции, многим другим негативным последствиям. На эту новость отреагировал и рынок госбумаг — стоимость заимствований для государства возросла.

Если спуститься на микроэкономический уровень, то 28 млн человек, сделавших выбор в пользу НПФ, обеспокоены: решение о «заморозке» лишает их части доходов, на которые они надеялись в старости. Только в прошлом году в связи с принятием решения об обнулении накопительной части для «молчунов» более 8 млн человек перевели свои накопления в НПФ. Также стоит вспомнить, что уже более пяти лет действует государственная программа софинансирования пенсии. По данным ПФР, 15,8 млн человек добровольно вступили в эту программу, а часть из них уплачивают дополнительные страховые взносы.

Теперь экономическое поведение всех этих людей может измениться: где стимулы копить, когда государство может в любой момент забрать эти накопления? Подобные решения усиливают недоверие к финансовым институтам вообще, а значит, еще меньше индивидуальных инвесторов будут выходить на финансовые рынки, вкладываться в инвестиционные фонды. Из финансовых инструментов сбережений останутся разве что банковские депозиты, но в условиях высокой инфляции они будут обесцениваться.

Изъятие пенсионных накоплений будет иметь и серьезные политические последствия. Граждан в течение десяти лет убеждали сделать свой пенсионный выбор. А теперь пресса и социальные сети переполнены негативными оценками объявленного правительством решения. Изменение пенсионных правил всегда отрицательно воспринимается избирателями и может привести к росту протестного голосования. А ведь решение об изъятии накоплений касается прежде всего экономически активных граждан, жителей крупных городов. По данным Ассоциации профессиональных актуариев, более половины клиентов НПФ и управляющих компаний — люди в возрасте от 25 до 40 лет.

Предложение же совсем отменить обязательную накопительную систему и заменить ее на добровольную, которое обсуждается сейчас в правительстве, трудно воспринимать всерьез. Механизм добровольных пенсионных накоплений действует в России с 1992 года, но пока что такие программы реализуются только в крупнейших госкомпаниях — «Газпроме», РЖД, «Роснефти» — и в некоторых крупных частных компаниях вроде ЛУКОЙЛа, «Сургутнефтегаза» и «Норильского никеля». Чтобы добровольные пенсионные программы стали массовыми, людям нужна уверенность в долгосрочной финансовой стабильности и в адекватном регулировании. Кто будет делать добровольные отчисления на пенсию, если в любой момент можно сказать, что система неэффективна, в НПФ сидят мошенники и их нужно закрыть?

Непопулярного решения с изъятием пенсионных накоплений можно было бы избежать. Один из вариантов — обязать пенсионные фонды реинвестировать часть полученных средств в государственные ценные бумаги, то есть заменить мораторий увеличением внутреннего долга. Для этого достаточно пересмотреть инвестиционную декларацию НПФ — указать, что, допустим, минимум 30% средств должны быть инвестированы в государственные обязательства (сейчас в госбумагах НПФ держат около 5% своих средств). Конечно, речь идет не о выплате текущих пенсий, а о больших экономических проектах — например, о строительстве платных дорог и другой инфраструктуры, которая окупается за длительный срок, 10—20 лет. Пенсионные фонды всегда подтверждали интерес к долгосрочным инфраструктурным вложениям. Беда только, что конкретных предложений от государства до сих пор нет.